В Пилбару и обратно

Маршрут поездки.

Ночевать возле большого водоёма значительно теплее, и утром я подымаюсь в прекрасном расположении духа. Вернувшись в Леонору, сворачиваю направо и двигаюсь дальше, на север. Впервые за всё время поездки небо заволакивают облака, но дождя нет, и то хорошо.

Городок Леонора.

Ехать по асфальту легко и приятно. Местность пока что не поражает красотами: они будут позже. Основной транспорт по дороге — огромные многосоставные фуры, катающиеся между многочисленными в этих краях шахтами. Добывают железо, золото, никель и бог знает что ещё.

Живописная облачность.

Живописные кустики.

Впрочем, моё асфальтовое счастье длится недолго: за городком Вилуна (Wiluna) меня ждёт ещё 200 км грунтовки. Также здесь начинается знаменитая Canning Stock Route, т.е. скотогонный путь Кэннинга — своего рода Мекка для каждого австралийского внедорожника. Почти 1800 км грунтовки в ужасающем состоянии и без единой автозаправки на всём протяжении, пролегающей сквозь самые засушливые и безлюдные пустыни континента. Туда мне, к счастью, не надо: такой экстремальный отдых мне пока что не по зубам.

Canning Stock Route.

Городок Вилуна.

Дорога не ахти, но в целом довольно сносная, хотя на обычной легковушке по такой я бы не поехал. Впрочем, судя по разбитым легковушкам у обочины, это моё мнение разделяли не все, за что и поплатились.

Знатные колдобины.

Не доехал.

Пустыня вокруг…

…делающаяся всё более пустынной.

Красная пустыня и лиловые цветочки.

Суровые края.

Уже возле самого асфальта.

Выехав обратно на асфальт, перевожу дух и восстанавливаю давление в баллонах. Чуть дальше по шоссе, в роудхаусе с заманчивым названием Кумарина (Kumarina), останавливаюсь вкусить картошки с рыбой. Чем севернее продвигаюсь, тем более пейзаж приобретает свой безошибочно узнаваемый оттенок. Да, я уже в Пилбаре, и дорога «туда» уже почти завершена. Если, конечно, дорожные работы не слишком сильно задержат в пути.

Дорожные работы.

Бурая земля и золотистый спинифекс — так выглядит Пилбара.

Ошибочно, впрочем, полагать, что Пилбара представляет из себя одну огромную сухую пустыню. Дожди здесь (когда настаёт их время) не редкость, чему свидетельством многочисленные переправы через речки и полупересохшие крики. Снова начинаются скотоводческие края: выращивать злаки здесь бессмысленно. Либо пасти коров, либо добывать полезные ископаемые: третьего в этих краях не дано.

Придорожные коровы.

Придорожное болотце.

Придорожные термитники: ещё одна характерная черта здешних мест.

Ближе к вечеру официально пересекаю тропик Козерога, и уже практически на закате останавливаюсь лагерем на придорожной зоне отдыха. Из всех моих соседей — лишь один-единственный кемпер-вэн, который тут же исчезает вдалеке за кустами, да одинокая фура метрах в пятидесяти. По неизвестной мне причине, водитель фуры не глушит двигатель всю ночь напролёт, и тарахтение дизеля далеко разносится по тихой ночной равнине, залитой скупым лунным светом. Спится под него очень даже неплохо, надо сказать.

Сегодняшний лагерь.

Пробег
794,7 км
Топливо
$138,99 (99 л)
Еда
$22