Стшелецкий и Стёрт

Сегодняшний маршрут.

Ночью и впрямь было ветрено, поэтому в хлопающей палатке отоспаться толком не удалось. Впрочем, я не за удобствами сюда приехал, верно? Вокруг всё ещё ветрено и довольно прохладно, когда я пакую вещички и в 7 утра выруливаю обратно на дорогу. Утро солнечное и ясное: похоже, будет жарко сегодня. Пейзаж вокруг постепенно становится всё более плоским, и он весь исчерчен быстро укорачивающимися тенями.

Дорога Стшелецкого.

Новое утро в пути.

Как тут, однако, плоско.

Впрочем, такая пейзажная монотонность подходит к концу довольно быстро, и каменистые равнины вдруг сменяются жёлтой, песчаной пустыней. И неудивительно: пустыня Стшелецкого начинается как раз тут. К своему удивлению, я там и сям вижу диких кроликов, беззаботно скачущих среди дюн. Не только ценный мех, но и, как выясняется, полноправный пустынный житель. От меня с фотоаппаратом они резво удирают, но дюны вполне фотогеничны и сами по себе.

Последний взгляд на горы Гаммон.

Жёлтая дюна с кроличьими следами.

Пустыня Стшелецкого.

В 8:10 останавливаюсь у скважины Монтеколлина (Montecollina Bore). Спецнасос выкачивает артезианскую воду и наполняет ею зеленоватые, стоячие прудики, которые поддерживают вокруг довольно большое количесто жизни — включая, по всей видимости, и тех самых кроликов. Толку от дармовой тёплой воды лично мне, правда, нету: душ здесь принять, к сожалению, негде, а хотелось бы. Ну что ж, придётся потерпеть.

У скважины Монтеколлина.

Тут живёт дикий кролик.

Жёлтая пустыня выглядит очень необычно. Говорят, чем меньше в пустыне дождей, тем желтее её песок, и в это легко поверить: на этом фоне Монтеколлина и впрямь выглядит как некий оазис. Со многих дюн ветер посносил весь песок, обнажив крепкие сердцевины — выглядят они как старые, чёрствые и полусъеденные кексы.

Жёлтая пустыня продолжается.

Сердцевина бывшей дюны.

Все эти отдельно стоящие дюны понемногу становятся всё выше и длиннее. Они тянутся с севера на юг на много километров, и находятся тут уже многие тысячи лет. Разделяют их плоские участки в полкилометра шириной, по одному из которых и проходит дорога, сами дюны стараясь не пересекать. Их очень сложно сфотографировать, чтобы было понятно, о чём я рассказываю — съёмка с дрона подошла бы тут намного лучше.

Участок плоской земли с дюной вдалеке.

Дюнная растительность.

Дорога поворачивает на север и становится заметно хуже по качеству — понятно теперь, почему для легковушек её закрыли. Редкие участки асфальта километров 5-10 длиной вносят приятное разнообразие и желанный отдых.

Дорога портится.

Асфальта в этих краях маловато, да.

В 10:40 останавливаюсь возле городка Мумба (Moomba). Даже издалека он выглядит как типичный шахтёрский посёлок, каковым на самом деле и является. Живут тут одни лишь нефтяники и газовики, да и то неделю через две, и это всего лишь один из добывающих заводов в этих краях (пусть и самый крупный). Они тут раскиданы повсюду, и нефть вместе с газом поступают отсюда по трубопроводам во все близлежащие крупные города, включая Сидней, Мельбурн и Аделаиду. Вот откуда в наших газовых плитах появляется этот бледный синий огонёк!

Мумба.

Окружающая скотина изнывает от жары и ищет тени.

По мере продвижения дальше на север и восток дюны краснеют всё больше и больше. Видимо, дожди здесь бывают чаще — отсюда повышенный уровень выветривания и рыжий цвет. Слово «дождь», однако, приходит тут на ум в последнюю очередь. Пустыня Стшелецкого — вполне себе пустыня, жаркая и сухая на многие километры вокруг.

Краснеющие дюны.

Они же.

В посёлок Иннаминка (Innamincka) я приезжаю в половине первого. Даже посёлком, впрочем, это местечко назвать трудно: лишь три-четыре здания ютятся среди пологих, гладких холмов, которые возвышаются вокруг вместо дюн. В роудхаусе угощаюсь картошкой с рыбой, а также принимаю долгожданный душ. Душ довольно своеобычный: работает на монетках, по два доллара за три минуты, поэтому если хочешь помыться как следует, либо запасайся монетками с собой, чтобы докидывать, либо рассчитывай хронометраж. Двух монеток, впрочем, мне хватает. Умываясь, задумываюсь о житейских удобствах, которые мы, городские жители, у себя в городах совсем не ценим. Воду, например. В этих пустынных и засушливых краях добыть её явно непросто.

Покончив с едой и гигиеной, размышляю немного о дальнейшем маршруте. Изначально я хотел заехать на близлежащие озёра Кунджи (Coongie Lakes), но дорога туда открыта только по разрешениям, а запастись им по телефону возле Мумбы (где была единственная за весь день зона действия сети) мне не удалось. Можно, конечно, раздобыть разрешение в местном отеле (если дадут), но у меня по плану ещё национальный парк Стёрта на завтра, и не вполне ясно, сколько времени он может отнять. В итоге осторожность и лень побеждают, и я отменяю Кунджи и решаю вместо этого подольше покататься по юго-западу Квинсленда.

Отель в Иннаминке.

Роудхаус в Иннаминке.

Душевые в Иннаминке.

Выехав из Иннаминки, сам не замечаю, как покидаю Южную Австралию и оказываюсь в Квинсленде: никаких оповещающих об этом знаков на дороге нет. Дорога Стшелецкого позади, и это уже новая трасса под названием Boolia Developmental Road, с игривым подзаголовком «Дорога Приключений» (The Adventure Way). Подавляющее большинство автотранспорта здесь — фуры, обслуживающие нефтегазовые скважины. Не вполне понятно, правда, кого это тут призывают к приключениям — водителей фур? одиночек-туристов, типа меня? Или местный департамент туризма обдумает этот вопрос позже? Вдоль дороги тянутся обширные охряно-красные равнины с полуразрушенными от старости холмами кое-где. Не могу сказать, что этот регион Квинсленда поражает особой живописностью, поэтому если департамент туризма хочет заманивать туристов «приключениями», здешние места для этого подходят не ахти.

«Дорога Приключений».

Невыразительные равнины.

Дорога асфальтирована целиком, но очень узкая: уточнение «developmental» здесь явно не лишнее. Такие developmental, т.е. развивающие, дороги — судя по всему, типично квинслендская диковинка, больше я в Австралии таких не встречал. По крайней мере, понятно, зачем она тут: нефтегазовые прииски тут повсюду, и встречаются по дороге один за другим.

Побольше красного в пейзаже!

Чёрная артерия цивилизации.

Холмы вдалеке.

Юго-западный Квинсленд как он есть.

Сворачиваю наконец на юг — очередное шоссе должно привести меня в Новый Южный Уэльс. Часам к пяти я останавливаюсь и разбиваю палатку неподалёку от отеля Ноккандра (Noccundra Hotel), на берегу реки Вилсон (Wilson River), где это можно делать совершенно бесплатно. Из соседей у меня — один лишь кемпер-вэн в отдалении. Отлично. К тому же, после всех этих пустынных дюн и каменистых равнин, на мутно-коричневых речных водах глаз приятно отдыхает.

На речном бережку.

Сегодняшний лагерь.

Приятный вечерок.

Местечко кишмя кишит мухами: даже в центральной Австралии, которая ими знаменита, я столько не видел. Такое ощущение, что буквально сотни вьются у лица и пытаются на него сесть, пока я пытаюсь установить палатку. Ну, что поделать. Главное, что комаров нет, а мухи после заката исчезнут сами собой. Можно спокойно попить чайку, поужинать да почитать книжку перед сном.